«Сирийский узел» и стратегический размен Вашингтона

Комментарий Центра АРВАК, 20.01.2026

1. Эскалация в Алеппо и наступление на позиции Рожавы

Новый виток вооруженной конфронтации в Сирии оказался синхронизирован с критическим ростом напряженности вокруг Исламской Республики Иран (ИРИ) и финальной стадией институционализации «Совета мира» по сектору Газа. Данная динамика свидетельствует о комплексной взаимозависимости региональных процессов.

06.01.2026 в Алеппо вспыхнули бои между правительственной армией Сирии и курдскими формированиями в составе Сирийских демократических сил (СДС). Временное правительство Сирии под руководством Ахмеда аш-Шараа инкриминировало курдскому руководству срыв договоренностей, согласно которым формирования СДС должны были быть интегрированы в состав Вооруженных сил САР к концу 2025 года. Официальный Дамаск также обвинил курдов в артиллерийском обстреле гражданского населения в подконтрольных им кварталах Алеппо Ашрафия и Шейх-Масуд.

Между тем верифицированные данные позволяют утверждать, что у курдских отрядов, лояльных администрации Рожавы, отсутствовали рациональные мотивы для эскалации в Алеппо, учитывая их фактическое окружение правительственными силами. С высокой долей вероятности инициатором боевых действий выступил Дамаск, развернувший военную операцию по ликвидации курдского присутствия под предлогом нарушения условий мирного соглашения марта-апреля 2025 года.

2. Экспансия правительственных сил на восточном направлении

 После установления контроля над курдскими анклавами в Алеппо сирийская правительственная армия сместила операционный вектор на восток и юго-восток – в направлении административных центров Рожавы. К исходу 17 января правительственные силы заняли ряд районов к западу от Евфрата и вышли на ближние подступы к городу Ракка – одному из ключевых узлов обороны СДС. Тем самым под контроль Дамаска перешли стратегические активы: нефтяные месторождения Расафа и Сафьян, аэропорт Табка и плотина Евфратской ГЭС.

Параллельно с военной операцией временный президент Сирии Ахмед аш-Шараа 16.01.2026 подписал декрет о защите прав курдского населения. Согласно документу, всем сирийским курдам, лишенным в 1962 году политических прав, возвращается гражданство Сирии; курдский язык получает статус одного из государственных языков Сирийской Арабской Республики и подлежит преподаванию в школах курдонаселенных районов; государственный статус приобретают курдские праздники, в частности Новруз, широко распространенный среди ираноязычных народов. Показательно также, что в декрете зафиксирована клятва аш-Шараа соблюдать взятые на себя обязательства по обеспечению безопасности курдов, а также всех их гражданских и политических прав.

Судя по всему, данный декрет является инструментом информационно-психологической войны, направленной на фрагментацию курдского общества и стимулирование лояльности умеренных фракций властям в Дамаске. Кроме того, переходное правительство стремится легитимизировать текущую кампанию в глазах международного сообщества, позиционируя ее не как этническую чистку, а как операцию по восстановлению государственного суверенитета и ликвидации сепаратистских структур, прикрывающихся риторикой борьбы за свободу угнетаемого курдского населения Сирии.

По оценкам экспертного сообщества, инициативы аш-Шараа обозначают предел компромисса, на который готово пойти переходное правительство в Дамаске. Данная позиция фактически исключает сохранение курдской автономии: гражданские и политические права курдов предлагается реализовывать исключительно в рамках унитарной политической системы и единого правового поля, общего для всех этноконфессиональных групп. Отказ от принятия этих условий рассматривается Дамаском как основание для дальнейшей военной эскалации с целью окончательного демонтажа административных и силовых институтов Рожавы.

3. Деактивация курдского фактора в рамках американо-турецкого консенсуса

Экспертное сообщество сходится во мнении, что интенсификация действий Дамаска стала возможной благодаря закулисным договоренностям между Вашингтоном и Анкарой. Условия «сделки» предполагают минимизацию политической субъектности курдов и передачу под контроль Дамаска правобережья Евфрата вместе с энергетической и водной инфраструктурой.

Данный тезис подтверждается характером пассивного сопротивления СДС, которые оставили ряд стратегических районов без полномасштабной обороны. Показательным стало и заявление лидера СДС Мазлума Абди от 17.01.2025 о том, что именно он отдал приказ подконтрольным отрядам покинуть Алеппо и передислоцироваться на левый берег Евфрата – в зону, считающуюся более защищенной и безопасной. Очевидно, что Абди действует в условиях дефицита внешней поддержки со стороны США. Позиция Вашингтона ограничилась декларативными призывами к Дамаску избегать кровопролития и решать вопрос Рожавы путем инклюзивного диалога.

Так, Центральное командование армии США (CENTCOM) в лице своего главы адмирала Брэда Купера обратилось к Дамаску с призывом прекратить все наступательные действия в районах между Алеппо и Табкой. Кроме того, Комитет по иностранным делам Палаты представителей США выступил с осуждающим заявлением в связи с эскалацией боевых действий между сирийскими правительственными силами и СДС. Однако дальше этих призывов дело не продвинулось. Между тем реальные шаги Вашингтона свидетельствуют о давлении на руководство Рожавы с целью принуждения его к уступкам.

4. Дипломатическое давление и сценарий разоружения

В разгар эскалации в Сирии в Эрбиле состоялась встреча посла США в Турции и спецпредставителя президента Дональда Трампа по Сирии Тома Баррака с политическим лидером иракских курдов, председателем демократической партии Курдистана (KDP) Масудом Барзани. По видеосвязи на этой встрече участвовал и командующий СДС, фактический лидер Рожавы Мазлум Абди. Детали переговоров не разглашаются, однако, по всей вероятности, Баррак транслировал требование администрации Трампа отказаться от «максималистских требований» и согласиться на интеграцию Рожавы в состав Сирии. Аналогичную заинтересованность в унификации Сирии более открыто проявляют европейские политические центры. Так, по информации французских СМИ, президент страны Эммануэль Макрон в телефонном разговоре с главой курдского регионального правительства в Ираке Нечирваном Барзани подчеркнул необходимость «возвращения СДС к переговорам в соответствии с соглашением от 10 марта».

Таким образом, на военно-политическое руководство Рожавы оказывается беспрецедентное давление. В случае отказа от ликвидации автономии Дамаск, при молчаливом согласии внешних игроков, вероятно, продолжит силовое поглощение региона.

5. Динамика 18-19 января: от капитуляции к возобновлению боев

Вечером 18.01.2026 сирийские и турецкие СМИ распространили сообщения о том, что Мазлум Абди подписал с Дамаском соглашение о прекращении огня и передаче всех стратегических объектов Рожавы, включая пенитенциарные учреждения с содержащимися там боевиками ИГИЛ, в распоряжение сирийских правительственных сил. Турецкие источники интерпретировали это как полную капитуляцию СДС и стратегическую победу Реджепа Тайипа Эрдогана.

Однако одновременно с сообщениями о фактической ликвидации автономии в ближневосточные СМИ просочилась информация о том, что лидеры клана Барзани в Эрбиле перебрасывают в Рожаву три крупных соединения из состава сил курдской самообороны «Пешмерга». Появились также сообщения о том, что в самой Рожаве была объявлена массовая мобилизация для защиты автономии от вторжения сирийской армии. К утру 19.01.2026 стало известно, что соглашение о прекращении сопротивления было нарушено еще до вступления в силу: всю ночь бои не стихали у городов Ракка, Дейр-эз-Зор и плотины Тишрин на Евфрате. Несмотря на это, общая тенденция указывает на нежелание США вмешиваться в конфликт ради сохранения автономии Рожавы.

6. Геополитический размен: Сирия в обмен на Иран

Отказ Вашингтона от поддержки сирийских курдов является частью более масштабной стратегии. Очевидно, что США, на которые руководство Рожавы в основном опиралось и с которыми связывало надежды на перспективу полной независимости сирийского Курдистана, оказали большую услугу Турции. Однако, по-видимому, дело не ограничилось уступками лишь в сирийском вопросе.

16.01.2026 США опубликовали информацию о структуре и составе т. н. «Совета мира» по Газе, в котором, достаточно неожиданно для многих наблюдателей, оказалась и Турция наряду с двумя другими региональными странами – Египтом и Катаром. По сведениям израильских источников, решение Д. Трампа о включении Анкары (в «Совете мира» ее будет представлять глава МИД Хакан Фидан) вызвало резкое недовольство в Тель-Авиве, однако Белый дом настоял на своей позиции, несмотря на демарш израильского правительства во главе с Биньямином Нетаньяху.

Произошедшее дало турецким политикам повод утверждать, что Анкара одержала крупную дипломатическую победу, а Израиль потерпел «стратегическое поражение в плоскости символов и процедур». Этот нарратив не лишен определенной доли истины, поскольку правительство Б. Нетаньяху неоднократно категорически отвергало возможность участия Турции в какой-либо форме в процессе стабилизации ситуации в Газе и ее восстановления. Тель-Авив подчеркивал деструктивную роль Анкары в Палестинском вопросе, указывая не только на паносманистскую риторику высшего турецкого руководства о необходимости «возвращения Иерусалима в лоно Турции», но и намекая на наличие данных о скрытой военно-политической поддержке ХАМАС со стороны спецслужб и военных структур Турецкой Республики.

Столь высокая политическая цена, уплаченная Вашингтоном в отношениях с Израилем, предполагает получение от Турции встречных уступок исключительной значимости. Наиболее вероятным предметом размена является лояльность Анкары планам США по свержению теократического режима в Иране и радикальной трансформации иранской государственности.

До недавнего времени Анкара не только на официальном уровне осуждала деструктивные действия США и их союзников против Ирана, но и, по данным открытых источников, оказывала иранским властям разведывательную поддержку с целью предотвращения переброски курдских формирований из Ирака в Иран на помощь «Партии свободной жизни Курдистана» (PJAK), ведущей там борьбу с Тегераном. Также вероятно, что взаимодействие Турции с Ираном не ограничивалось только этой компонентой и угрожало срывом глобальных планов США в отношении Ирана. Без лояльной позиции Турции и ее сателлита – Азербайджана – антииранская стратегия США была бы труднореализуемой, что объясняет готовность Вашингтона пойти на сделку с Анкарой, пожертвовав интересами сирийских курдов ради формирования монолитного антииранского фронта.

7. Заключение и прогноз

Так или иначе, последние действия США на сирийском треке дали повод международным комментаторам утверждать, что Дональд Трамп «сдал курдов». Надежды сирийских курдов на получение независимости Рожавы, ради чего они в свое время приняли активное участие в созданной США коалиции по борьбе с ИГИЛ и «режимом Асада», не оправдались. Более того, ход событий позволяет предположить, что параллельно со «сдачей» интересов Рожавы в Сирии США готовят аналогичный проект коалиции с курдами на иранском направлении, где структурам PJAK также будет обещана перспектива государственности в обмен на полномасштабную и открытую войну с шиитскими «угнетателями» в Тегеране.

Текущие события на сирийском треке подтверждают тезис о ревизии союзнических обязательств США перед сирийскими курдами. Дональд Трамп фактически дезавуировал проект независимости Рожавы, который ранее служил инструментом вовлечения данного сегмента сирийского общества в борьбу с ИГИЛ и режимом Башара Асада.

Между тем, прогноз развития ситуации не исключает попытку США реализовать аналогичный сценарий на иранском направлении. Вполне ожидаемо формирование новой коалиции с участием иранских курдов (PJAK), которым могут быть обещаны перспективы государственности в обмен на участие в войне против центрального правительства в Тегеране. В этом случае курдский фактор останется «расходным материалом» в глобальной стратегии Вашингтона на Ближнем Востоке.