Возможности, перспективы и значение мирного соглашения между Россией и Украиной

Possibilities, prospects, and significance of a Peace agreement between Russia and Ukraine

G. Evstratov

Summary

The article analyzes the possibilities for reaching a final compromise between Russia and Ukraine and the signing of a corresponding peace agreement by the parties, based on the logic of the development of political and socioeconomic processes, as well as military actions. Particular attention is paid to the international significance of the current events in Ukraine, as well as the positions and interests of such players as the US, EU, and Turkey.

Антон Г. Евстратов^[1]

Возможности, перспективы и значение мирного соглашения между Россией и Украиной^[2]

Введение

После встречи глав РФ и США Владимира Путина и Дональда Трампа на двустороннем саммите на Аляске 15 августа 2025 г. российско-украинский конфликт перешел к этапу движения в направлении итогового мирного соглашения. Активизировалась переговорная деятельность не только Москвы и Вашингтона, но и остальных участников и интересантов конфликта, включая, разумеется, Украину и стоящий за ней ЕС. С тех пор регулярно проводятся встречи, консультации, переговоры и заключаются соглашения. Недавние переговоры в Давосе и Москве – также следствие импульса, полученного после встречи в августе 2025 г., которая сразу же дала надежды на относительно скорое завершение российско-украинского противостояния.

Этот импульс полностью не смогли остановить даже, как представляется, несколько неожиданная для российской (впрочем, как и мировой) дипломатии активность США в Южной и Латинской Америке, а также сравнительно масштабные и явно недружественные шаги американцев в отношении российских танкеров в Атлантике. Более того, ужесточение позиции администрации Трампа в отношении Ирана на фоне масштабных беспорядков в последнем, хотя и смещает фокус мировых СМИ с «украинского вопроса», не уменьшает интереса всех сторон к урегулированию данной проблемы. Напротив, именно примирение Украины и России даст возможность всем вовлеченным в данный процесс игрокам обратить внимание на другие перспективные направления.

Отдельно следует проанализировать роль Турции в ситуации на Украине. С одной стороны, Анкара стремится к равноудаленной, что означает – максимально экономически выгодной для себя, позиции по СВО (Специальной военной операции) относительно сторон конфликта, а с другой – не скрывает своих стратегических интересов на Черном море и временами посредством спикеров различного уровня напоминает об исторических претензиях на Крым и иные регионы Северного Причерноморья. В настоящее время Анкара, пожалуй, единственная относительно крупная держава, не заинтересованная в остановке военных действий на Донбассе и в его окрестностях, однако ее роль в мировой политике сейчас такова, что она, очевидно, примет любые возможные перемены, попытавшись, разумеется, извлечь из них максимум выгоды.

 Каковы имеющиеся на данный момент переговорные позиции сторон за столом и в зоне боевых действий, насколько они соотносятся между собой и на какие уступки обещают пойти и реально готовы противостоящие игроки? От предельно честных ответов на эти вопросы зависит не только судьба возможного российско-украинского урегулирования, но и дальнейшие региональные политические процессы и даже мировая архитектура безопасности в целом.

Переговоры и позиции сторон

Смена внешнеполитической парадигмы Вашингтона в отношении Украины — от всеобъемлющей поддержки кабинета В. Зеленского при администрации Дж. Байдена к поиску путей конструктивного диалога с Москвой – последовала практически сразу после инаугурации Дональда Трампа в январе 2025 года. Ключевым приоритетом новой администрации стало скорейшее прекращение боевых действий. Тем не менее, вопреки ожиданиям некоторых российских политиков, экспертов и общественных деятелей, США и при Трампе продолжили оказывать поддержку Украине, в том числе ее вооруженным силам, предоставляя финансовые средства, военную технику и разведданные ^[3], пусть и с явной тенденцией к сокращению такого рода содействия, а также с куда более равноудаленной по отношению к сторонам конфликта риторикой. Так, новый американский лидер позволял себе резонансные комментарии в адрес президента Украины В. Зеленского – как лично, так и заочно.

Очевидный же интерес Д. Трампа к непосредственной работе по украинскому вопросу с Россией и его относительно комплиментарные заявления в адрес российского коллеги В. Путина стали удобным медийным оформлением их переговоров в американском Анкоридже (Аляска) в августе 2025-го. Данная встреча ожидаемо не повлекла за собой конкретных договоренностей и, тем более, подписания документов, однако сформировала логику будущего урегулирования на Украине, исходя из которой стороны в той или иной мере пытаются договориться и в настоящее время^[4]. Кроме того, позитивные ожидания вызвала дружеская атмосфера встречи двух президентов, чьи отношения, по крайней мере на камеру, выглядели скорее дружественными, чем антагонистическими.

Итоги переговоров на Аляске де-факто закрепили за Вашингтоном статус эксклюзивного посредника в российско-украинском урегулировании. Это стало возможным на фоне политической самоизоляции европейских лидеров, чья жесткая антироссийская позиция исключила их из переговорного процесса, а также ввиду ограниченного веса Турции, чей потенциал не позволил ей выйти за рамки технической площадки. Важнейшим результатом встречи стало совместное признание В. Путина и Д. Трампа того, что продолжение конфронтации экономически нецелесообразно не только для непосредственных участников конфликта, но и для самих Соединенных Штатов^[5]. Именно прагматизм действующего американского лидера дал основания заинтересованным сторонам рассчитывать на его успех в роли «миротворца». И хотя президенты РФ и США в дальнейшем не встречались за отсутствием серьезных прорывов в процессе урегулирования, они неоднократно общались по телефону. Последней такой телефонной беседой стали переговоры 28 декабря. В тот же день американский президент уже лично встречался с В. Зеленским во Флориде^[6].

При этом Москва и Вашингтон вели и ведут консультации и на более низких уровнях – преимущественно по частным вопросам. Так, например, параллельно с переговорами на уровне президентов в декабре 2025 г. в Париже состоялась встреча их спецпредставителей – Кирилла Дмитриева (руководителя Фонда прямых инвестиций), Стивена Уиткоффа и Джареда Кушнера^[7].

Прецеденты частичных компромиссов по украинскому кейсу фиксировались и ранее. В частности, в июле 2022 года Москва пошла на снятие полной морской блокады украинских портов. Основным мотивом Кремля тогда выступал прагматичный расчет: в обмен на гарантии исключительно мирного использования гуманитарного коридора из Одессы российская сторона рассчитывала на смягчение западных санкций, ограничивающих экспорт отечественной сельхозпродукции и удобрений. Это позволило Украине осуществлять экспорт ряда товаров, прежде всего сельхозпродукции, тем самым смягчая экономические проблемы страны. Данные договоренности известны как «зерновая сделка». Тем не менее действие данного формата ограничилось периодом около одного года и было официально прекращено в июле 2023 года. Причиной стало практически демонстративное невыполнение украинской стороной условий данного соглашения, что было обусловлено сформировавшейся в тот период у руководства страны уверенностью в успешном завершении противостояния с Россией^[8]. Кроме того, санкционные ограничения в ее отношении, связанные с сельским хозяйством, так и не были сняты. Уверенность украинской стороны строилась (и во многом продолжает строиться), с одной стороны, на невысоких – по сравнению с первыми неделями российской спецоперации – темпах наступления Вооруженных сил РФ на Донбассе, в Херсонской, Харьковской и Запорожской областях, а также на указанной выше помощи, оказываемой Киеву странами ЕС, США и их союзниками. Более того, конкретно в 2023 г. Киев рассчитывал на успех запланированного «контрнаступления», которое должно было перерезать российское сухопутное сообщение с Крымом.

Данный пример, как представляется, обозначил, наиболее серьезную проблему урегулирования конфликта между Россией и Украиной – нереалистичность требований последней и стоящего за ней Евросоюза. Необходимо подчеркнуть, что широко анонсированные ожидания Киева от наступательной кампании 2023 г. не реализовались. Следствием этого стала утрата ВС Украины как стратегической, так и оперативной инициативы, восстановить которую украинскому командованию не удается вплоть до текущего момента. Не изменили ситуацию и масштабные европейские и американские поставки, включая РСЗО и тяжелую наступательную технику. В данной связи ряд экспертов считает, что столь воинственной была позиция не столько самого руководства Украины, сколько стоящих за ним администрации Дж. Байдена и Евросоюза.

Не лишним будет вспомнить в данном контексте и другой пример: весной 2022 г., когда еще украинские и российские представители впервые попытались достичь компромисса в турецком Стамбуле, Киев продемонстрировал непреклонную позицию вследствие давления со стороны Великобритании, ЕС и лично британского премьер-министра того времени Б. Джонсона. Об этом, в частности, заявлял один из украинских переговорщиков, депутат Д. Арахамия^[9].

Считается, что администрация Д. Трампа, напротив, начала вести переговоры по Украине, исходя из сложившихся военных реалий. Фактически это та же позиция, которую ранее обозначал В. Путин. Обоснованно предположить, что трансформация позиции Вашингтона (и, как следствие, электоральный выбор американского общества в пользу Трампа в январе 2025 года) обусловлена не просто формальной сменой администрации. Она стала закономерным результатом глубокого пересмотра общественных настроений в США на фоне успехов ВС РФ. Территориальная экспансия российских сил, вышедшая за пределы Донбасса, Запорожья и Харьковской области и охватившая Днепропетровский и Сумский регионы, создала новую военно-политическую реальность, игнорировать которую Вашингтон более не мог.

Немаловажное значение в данном вопросе сыграла относительная устойчивость российской экономики, коллапс которой вскоре после начала СВО предрекали как западные^[10], так и российские^[11] эксперты. Вопреки этим прогнозам, санкции и военные расходы не только не обрушили экономическую составляющую РФ, но и позволили стране при сохранении установившихся в довоенный период базовых показателей благосостояния основной массы населения, значительно нарастить объемы производства военной техники (к примеру, беспилотников) и оборудования.

Конкретной основой для ведения консультаций по Украине выступают так называемые «28 пунктов Трампа», озвученные американским лидером осенью 2025 года. Именно их американцы обсуждали 27 ноября с европейской и украинской сторонами. Это – «компромиссный» проект, который, хотя и предусматривает передачу под контроль России до сих пор не занятых ее войсками территорий Донбасса (в т. ч. – крупной Славянско-Краматорской агломерации) в качестве демилитаризованной зоны, однако не предполагает аналогичного подхода для Херсонской и Запорожской областей, также признаваемых Конституцией РФ в качестве ее субъектов, включая административные центры данных регионов. Согласно данному плану, численность ВСУ не должна превышать 600 тысяч военнослужащих, причем Киев лишается перспектив вступления в НАТО при отсутствии препятствий для интеграции в Евросоюз. Американская сторона также изъявила готовность обеспечить соблюдение на Украине прав русскоязычного населения и прихожан РПЦ (Русской православной церкви) путем принятия в республике соответствующего законодательства, обязалась вернуть Россию в «большую восьмерку» и снять антироссийские санкции по достижении необходимых договоренностей, при этом, однако, требуя инвестирования размороженных активов РФ в иностранных банках на восстановление Украины. Безусловно, данные положения не являются в полной мере приемлемыми ни для Москвы, ни для Киева. Тем не менее С. Уиткофф со стороны США и президент В. Путин со стороны России подтвердили готовность использовать этот проект в качестве базовой платформы для дальнейших переговоров с возможностью его последующей корректировки. В свою очередь, представители Европы и Украины, как было упомянуто ранее, были вовлечены в соответствующие консультации с Вашингтоном, хотя на текущем этапе сторонам не удалось прийти к итоговому компромиссу.

На данный момент, таким образом, наблюдается тенденция к смягчению переговорных позиций всех прямых и даже косвенных участников конфликта между РФ и Украиной.

В частности, Россия, по-прежнему требуя перехода под свой контроль как минимум Донецкой и Луганской народных республик, а также Запорожской и Херсонской областей – поскольку все они, согласно действующей Конституции РФ (соответствующие положения вступили в силу 04.10.2022 г.), являются ее территориями – готова к некоторым уступкам военно-стратегического характера, например, к отсутствию в указанных регионах подразделений ВС РФ. Такую возможность оговорил помощник президента России Юрий Ушаков. Вместе с тем он подчеркнул, что части МВД и Росгвардии, а также другие структуры, необходимые для наведения порядка, в этих регионах будут присутствовать^[12].

Достаточно спокойно российская сторона относится и к международным санкциям. Глава МИД РФ С. Лавров подчеркнул необоснованность ожиданий части российского истеблишмента относительно реставрации прежних моделей взаимодействия после вероятной отмены санкций. По его словам, возвращение к состоянию дел, существовавшему до 2022 г., исключено, что требует выработки принципиально новых подходов к международному сотрудничеству. Более того, министр отметил, что заявленная возможность отмены санкционного давления может негативно сказаться на российской экономике^[13].

Значительный интерес представляют заявления Д. Трампа о том, что российский лидер выразил принципиальную готовность участвовать в постконфликтном восстановлении Украины. При этом было подчеркнуто, что конкретные механизмы и форматы подобного участия на данный момент остаются предметом будущих дискуссий. Частично эти слова подтверждены последними событиями вокруг «Совета мира» – новой структуры, за членство в котором Москва выразила готовность перечислить $1 млрд из своих замороженных активов^[14].

Вместе с тем РФ стремится к международному признанию всех своих действующих и будущих территориальных приобретений. Как заявлял сам В. Путин в ноябре 2025 г., такое признание представит на международной арене любую попытку украинского вторжения в указанные регионы как агрессию против России и легитимизирует ее ответные действия^[15]. В определенной мере страховкой РФ от реваншистских действий Киева является и требование о сокращении Вооруженных сил Украины (по разным оценкам – до 85 тыс. человек), а также отказ последней от вступления в НАТО и размещения на украинской территории иностранных военных.

Не собирается мириться Москва и с заморозкой, а тем более – принудительным изъятием своих активов в иностранных банках. По словам В. Путина, с подобными решениями Россия будет бороться в международных судах тех юрисдикций, которые свободны от политически ангажированных решений.

Несмотря на относительную твердость российской позиции, нельзя не отметить, что Москва пока не говорит об увеличении количества регионов, которые она могла бы включить в свой состав в случае продолжения военных действий. Напомним, что ранее, после консультаций в Стамбуле летом 2025 г., российская делегация под руководством В. Мединского заявляла о такой возможности. Пока же российские руководители и дипломаты концентрируются в территориальном вопросе в основном на установлении окончательного контроля РФ над уже закрепленными в ее Конституции субъектами.

Что касается предшествующих этапов прямого российско-украинского диалога в Стамбуле (2022 и 2025 гг.), то, несмотря на решение ряда технических и гуманитарных задач, они не привели к политическому прорыву из-за фундаментального антагонизма позиций сторон. Однако масштабные трансформации на театре военных действий и в глобальной архитектуре безопасности, произошедшие с того времени, создают предпосылки для мирного прогресса, который, тем не менее, потребует от участников конфликта болезненных уступок и стратегических компромиссов.

Украина, в свою очередь, в отличие от предыдущих этапов урегулирования, когда Киев отказывался даже обсуждать возможность отказа от каких-либо территорий, в настоящее время ведет такого рода переговоры. Вне сомнения, изменение позиции прикрывается формулировками о юридическом непризнании новых границ, однако игнорировать сложившуюся де-факто ситуацию украинскому руководству уже не удается.

Несмотря на то что предложенный формат остается неприемлемым для Москвы по ряду принципиальных причин, территориальный вопрос остается одной из немногих тем, по которой возможен прямой и содержательный диалог между Россией и Украиной в двустороннем формате. Потенциал для поиска компромисса здесь видится более реальным, чем в других сферах, наряду с вопросом интеграции Украины в Евросоюз, против которой российская сторона не выдвигает принципиальных возражений.

Тем не менее, в настоящее время сам формат достижения итогового соглашения воспринимается в Москве и Киеве по-разному. Если украинское руководство требует начать прямой переговорный процесс лишь после остановки боевых действий, то его российские визави ведут переговоры, пусть и не напрямую с украинцами, а с американцами, – прямо по ходу военного противостояния. Очевидно, что для Украины, армия которой сейчас, пусть и относительно организованно и не слишком быстро, отступает, выгодно добиться заморозки боевых действий, а для РФ, напротив, происходящее представляется выгодным, и любые переговоры целесообразны в рамках заключения окончательного мирного соглашения.

Не готовы в Киеве и к сокращению вооруженных сил (сейчас они составляют около 900 тысяч человек, и Украина «допускает» их «сокращение» лишь до 800 тысяч солдат и офицеров^[16]), а также не хотят отказываться от вступления в НАТО. В последнем случае украинское руководство устраивает де-факто вхождение в Альянс в ущерб формальному статусу, но с обязательным юридическим закреплением коллективной защиты республики государствами-членами в случае нападения на нее (5 статья Североатлантического договора). Более того, Киев требует новых поставок ВСУ западного вооружения на сотни миллиардов долларов, что обеспечит значительное укрепление украинского военного потенциала. Все это принципиально противоречит российской позиции.

Еще более неприемлемой для РФ сейчас выглядит передача изъятых из иностранных банков российских активов «на восстановление» Украины. И тот факт, что ЕС уже осуществил перевод Киеву €1 млрд, Москву раздражает. Всего украинское руководство, в лице президента В. Зеленского, прямо называющего такие поступления «репарационными кредитами»^[17], рассчитывает получить €300 миллиардов, принадлежащих России. Последняя не соглашается ни на принудительную передачу противнику своих активов, ни на сам формат репарационных выплат, имея успех на линии фронта и в целом считая себя победительницей в текущем конфликте.

Фактически Киев преследует цель не только «сохранить лицо», пытаясь компенсировать де-факто признаваемые территориальные потери интеграцией в западные экономические и военные институты, но и получить финансовые компенсации. Стратегический замысел украинского руководства заключается в формировании политических и военно-технических предпосылок для будущего реванша, при этом готовность к уступкам проявляется лишь на фоне очевидной неспособности ВСУ вернуть утраченные регионы силовым путем.

В целом указанные тезисы, наряду с другими, были отражены в 20 пунктах, которые В. Зеленский представил Д. Трампу в ходе встречи во Флориде. И хотя, по словам американского лидера, он согласился с 95% изложенного, позиция Соединенных Штатов на данный момент вряд ли столь созвучна с украинской. Сам Д. Трамп ранее подтверждал согласие именно с российской позицией о необходимости всеобъемлющего и постоянного мирного урегулирования, а не того или иного формата временного перемирия и заморозки конфликта, а также публично соглашался с необходимостью отказа Киевом от территорий, правда, без уточнения, каких конкретно и на каких условиях.

ЕС, в свою очередь, формально остается приверженным позиции всесторонней поддержки Украины, избранной Союзом еще в 2022 году. Брюссель выступает против любых территориальных уступок России и требует от Москвы репараций на восстановление украинской территории. Также ЕС намерен предоставить Киеву самые широкие гарантии безопасности, включая принятие в качестве члена, а также настаивает на сохранении численности ВСУ на уровне 800 тысяч человек после гипотетического окончания конфликта. Более того, страны Европы сами постепенно увеличивают возможности своих вооруженных сил, готовясь к возможному прямому противостоянию с РФ, к которому государства Союза, десятилетиями полагавшиеся на помощь США в рамках НАТО, сейчас предстают «не в лучшей форме». В свою очередь, администрация Д. Трампа, как и в первый срок его каденции, стремится максимально урезать американские расходы на союзников по Североатлантическому Альянсу, ) обязывая ключевые европейские страны «платить за себя самим»^[18].

После превращения США при Трампе в единственного модератора активизировавшихся консультаций по Украине европейцы, оказавшись перед лицом падения своей значимости в решении вопроса, переключились на вопросы безопасности Украины и организацию ее послевоенного восстановления. Так сформировалась «коалиция желающих», которая сформулировала противоречивую идею размещения на подконтрольной Киеву территории иностранного военного контингента. Однако вопросы о том, сколько солдат и офицеров каждая из стран ЕС должна прислать, оговорены не были, и проект остается гипотетическим.

В ЕС даже попытались отвергнуть «план Трампа из 28 пунктов» и, в противовес позиции США, демонстрировали готовность к принятию Украины в НАТО. Тем не менее на текущем этапе пожелания Европы стали больше соответствовать реалиям: страны союза пытаются адаптироваться к инициативам американского лидера. Без участия последнего на данный момент невозможны ни военные поставки европейцев Украине (в настоящее время ЕС с этой целью закупает на свои средства американское оружие, которого, по признанию ряда европейских лидеров, «недостаточно»^[19]), ни продолжение давления на РФ.

Примечательно, что консенсус в ЕС не был достигнут даже по вопросу конфискации замороженных российских активов. Ситуацию осложнила позиция Вашингтона, чье вмешательство фактически заблокировало возможность прямого использования этих средств против Москвы. Известно о давлении Вашингтона на лидеров Словакии, Венгрии и Италии, в итоге проваливших общее антироссийское решение на последнем саммите европейского объединения. На данный момент Евросоюз все еще допускает возможность размораживания российских активов в обмен на выплату Москвой репараций Украине.

В настоящее время страны-члены ЕС не выработали единого плана по поддержке Украины в текущем году и далее, не договорились окончательно о мере участия каждой страны в общей помощи Киеву и даже не имеют единого подхода к России. Позиции вышеназванных Словакии и Венгрии серьезно коррелирует с подходами стран Балтии. Впрочем, даже жестко настроенный по отношению к Москве президент Франции Э. Макрон летом 2025 г. провел телефонный разговор с Путиным (впервые за 3 последних года), обсудив с ним, помимо прочего, и ситуацию на Украине^[20].

Примечательно, что эта достаточно очевидная несогласованность и слабость экономически и политически мощного союза наиболее развитых стран мира ощущается руководством России. И если в ответ на звонок Э. Макрона пресс-секретарь президента РФ заявил о готовности Москвы к возобновлению прерванного украинским кризисом взаимодействия с Францией, то уже в декабре 2025 г. сам Путин отмечал маловероятность диалога России с объединенной Европой. 19 декабря министр ИД РФ С. Лавров и вовсе отверг возможное участие представителей ЕС в российско-американском диалоге по Украине, призвав европейских коллег «не мешать»^[21].

Отдельно имеет смысл отметить позицию Турции по текущему конфликту. Эта страна формально не имеет прямого влияния на ход противостояния, тем не менее в настоящее время это единственный относительно крупный и однозначный интересант его продолжения. СВО России на Украине, поставившая Москву и Запад по разные стороны «линии фронта», сделала Анкару незаменимой для каждого из противников. Это обеспечивает режиму Эрдогана защищенность от давления любой из сторон при попытках повысить свою геополитическую и региональную роль.

Во-первых, Анкара осуществляла военные поставки (например, известных БПЛА «Байрактар») Киеву и выступала за сохранение украинских границ образца 1991 года, одновременно увеличивая объемы торговли с Москвой, которая, помимо прочего, была заинтересована в турецком содействии при реэкспорте и реимпорте товаров, обложенных европейскими и американскими санкциями. Безусловно, Турции не выгодно утверждение РФ на Черном море, которое неминуемо произойдет в случае отказа Украины от территорий, занятых ВС России. Вместе с тем выгоды торговых операций позволили Анкаре приостановить нарастающие в последние десятилетия кризисные явления в экономики и обесценивание турецкой лиры, так что отказ от присоединения к антироссийским санкциям оказался относительно невысокой ценой. Инфляция в РТ с лета 2022 по осень 2025 гг. снизилась с 80% до 33%, а рост ее ВВП держится на уровне 5%^[22]. Даже «маршрут Трампа», соединяющий Азербайджан с его эксклавом Нахичеванью, хотя и должен управляться американцами, на деле служит в основном интересам Турции и Азербайджана. Чем дольше, таким образом, продолжается конфликт России и Украины, тем богаче и социально стабильнее становится Турция.

Во-вторых, Эрдоган, воспользовавшись занятостью как РФ, так и США, а также других региональных операторов Украиной, превратил Сирию в турецкую колонию. Сначала протурецкими боевиками, входившими в группировку «Хайат Тахрир аш-Шам», был ликвидирован пророссийский режим Башара Асада, а затем, буквально недавно, капитулировали поддерживаемые США курдские «Сирийские демократические силы» на востоке страны^[23]. Ликвидацию ближайшим союзником Турции Азербайджаном непризнанной армянской республики Арцах также можно рассматривать как событие, исключительно выгодное для Турции. Впрочем, союзник России – Армения – также стремиться установить мирные отношения как с Анкарой, так и с Баку, что имеет немаловажное значение для реализации неоосманских устремлений турецкого руководства. В итоге, чем дольше крупные игроки остаются отвлечены украинским кризисом, тем сильнее становится Турция политически.

В-третьих, ЕС, испытывая давление со стороны США и одновременно противостоя РФ, также стремится утвердиться в Турции, позволяя последней извлекать выгоды. К примеру, если ранее Германия блокировала стремления Анкары приобрести для своего авиапарка истребители Eurofighter, то недавно это ограничение было снято, и сделка на €10,5 миллиардов состоялась^[24]. Кроме того, турки увеличивают свои возможности по производству БПЛА путем сотрудничества с итальянскими и британскими партнерами. Значит, продолжение конфликта на Украине создает для Турции возможность усиливаться в военной и смежных сферах.

При этом турецкое руководство прекрасно понимает изменившуюся по сравнению с 2022–2023 гг. военную обстановку в зоне СВО, и несколько ужесточило свою позицию в отношении Украины. К примеру, ВМС Турции ликвидируют плавающие в Черном море крайне опасные для турецкой морской торговли украинские мины, а турецкие дипломаты даже высказывали Киеву по этому поводу претензии^[25]. Таким образом, Анкара получает возможность оказывать давление на одного из участников конфликта – при этом с перспективой выгоды для себя.

Вне сомнения, Турция не является настолько влиятельным мировым игроком, чтобы организовать бессрочное продолжение российско-украинского противостояния. Тем не менее, во-первых, Анкара чутко отслеживает меняющуюся ситуацию и способна обеспечивать свои интересы на разных направлениях, уровнях и в различной мере, а во-вторых, Р. Т. Эрдоган – политик, которого, устраивают и разного рода промежуточные варианты, включая заморозку конфликта.

Ситуация «на земле»: логика и перспективы военных действий

Непосредственно в зоне проведения российской Специальной военной операции ситуация на данный момент значительно отличается от той, что была в 2022–2023 гг., и даже той, что наблюдалась год назад. Во-первых, к 2026 г. Вооруженные силы Украины окончательно утратили возможность проведения контрнаступательных операций – не только стратегического, но и тактического уровня. Самой заметной попыткой такого рода за последние 2 года стал украинский прорыв в Курскую область РФ в 2024 г. (закончившийся большими потерями и заходом российских сил на сопредельные территории Харьковской и Сумской областей, включая районный центр – г. Волчанск), а самой последней – контрудар под Купянском конца 2025-го, замедляющий продвижение ВС РФ в этом ключевом населенном пункте Харьковской области, но вряд ли способный предотвратить его итоговый переход под контроль российских войск.

Между тем ВС РФ, в свою очередь, продемонстрировали тенденцию к увеличению темпов наступления: если в прошлом году количество населенных пунктов, взятых под контроль россиянами, составило 214, а общая площадь перешедших под юрисдикцию России территорий составила 4,5 тыс. км², то в только что ушедшем 2025-м количество городов и сел, взятых ВС РФ под контроль, перевалило за 300, а площадь занятых территорий превысила 6,3 тыс. км². Если в 2024 г. россияне, помимо сотен сел, смогли установить контроль над городами Авдеевка, Угледар, Торецк, Украинск и Селидово, то в 2025-м – над Курахово, Северском, Дзержинском, Часовым Яром, Волчанском, Родинским и др. В конце года своеобразным «подарком» российской общественности стало взятие ВС РФ Покровско-Мирноградской агломерации в Донецкой области (ДНР) и Гуляйполя на Запорожском направлении.

Российские войска перенесли боевые действия за пределы четырех «конституционных» регионов России и Харьковщины: наступление началось в Сумской и, что особенно значимо, в Днепропетровской областях. К 2026 г. российские войска начали боевые действия в окрестностях Славянско-Краматорской агломерации – главной твердыни ВСУ на Донбассе, а также подошли к Запорожью.

Все это позволило президенту РФ неоднократно заявлять: если оставшиеся под контролем Украины «конституционные» территории РФ не удастся вернуть в ходе переговоров, то российские войска решат эту задачу военным путем. Все более актуальными становятся слова представителей делегации РФ на неудачных переговорах с украинской стороной в Стамбуле, которые, в ответ на отказ украинской стороны отвести ВСУ из 4 «конституционно признанных» российских регионов, заявили, что «в следующий раз их будет 8»^[26].

В последнее время ситуация для ВС РФ в зоне СВО складывается таким образом, что вследствие возможного и вполне реального обрушения украинского фронта в ближайшее время они могут не просто «соблюсти Конституцию», но и действительно занять значительные территории – как минимум до Днепра. Это вновь актуализирует ожидания, возникшие в самом начале СВО, которые уже через несколько месяцев стали казаться нереальным «шапкозакидательством».

Позитивные для российской стороны результаты стали следствием целого ряда обстоятельств, обеспеченных руководством РФ и командованием ее армии. Во-первых, российская военная промышленность не просто выстояла под международными санкциями, но и смогла значительно нарастить выпуск всех видов военной продукции – техники (включая новейшие БПЛА), боеприпасов, амуниции и т. д. Остались в прошлом такие реалии первых лет СВО, как «снарядный голод» и тотальное превосходство украинской стороны в беспилотной авиации. Глубокая модернизация «Гераней» – наиболее массовых беспилотников в зоне СВО – привела к созданию фактически новых БПЛА. Обновление конструкции и компонентов позволило полностью отойти от исходных иранских прототипов, обеспечив беспилотникам качественно иные характеристики. Онлайн-управление и установка на дроны ракет «воздух-воздух» позволило им не только парализовать транспортную и энергетическую инфраструктуру целых регионов (например, Черниговской, Сумской и Киевской областей), но и сбивать вертолеты^[27]. В настоящее время проходят испытания версий дронов «Герань» с реактивными двигателями, и их масштабное внедрение, судя по всему, ожидается в ближайшее время. При этом на протяжении 3 лет интенсивность российских ракетных и артиллерийских ударов стабильно остается в несколько раз выше ответных возможностей украинской стороны. Кроме того, россияне вполне адаптировались к высоко ценившимся украинской стороной турецким «Байрактарам», ПЗРК «Джавелин», РСЗО «Хаймарс» и «Атакамс», танкам «Абрамс» и «Леопард», нейтрализовав значительную их часть и продолжая эту практику вплоть до последних дней.

Во-вторых, изменилась организация действий российских войск на тактическом и оперативном уровнях. ВС РФ, пусть и не сразу, но адаптировались к современным реалиям ведения военных действий. В прошлое ушли выдвижения крупных колонн бронетехники, сосредоточение значительных сил пехоты, а также удары ракетами и БПЛА по всей территории Украины. На смену им пришли «боевые двойки» на поле боя и точечные удары по локальным, специально выбранным объектам критической инфраструктуры. Частично этим переменам способствовало «обучение на ошибках» действующих командиров, частично – замена наиболее неудачливых военных руководителей офицерами, лучше подготовленными к изменившимся реалиям. Так, зону СВО покинули генералы Рустам Мурадов (бывший командующий группировкой войск «Восток» и Восточным военным округом), Александр Лапин (бывший командующий группировкой войск «Центр» и Центральным военным округом) и другие.

В-третьих, на Украине ВС РФ все успешнее применяют новые образцы вооружения. Помимо различных видов уже упомянутых беспилотников (не только «Гераней» и не только воздушных, но и наземных аппаратов), это, прежде всего, ракетный комплекс средней дальности «Орешник», способный точно поражать цели на расстоянии до 5,5 тысяч км реактивным снарядом, способным нести и ядерную боеголовку. Новые российские управляемые авиабомбы ФАБ-3000 с УМПК, в свою очередь, имеют массу боевой части 1200 кг и поражают цели на расстоянии до 60 км от места сброса. Кроме того, были значительно усовершенствованы и доработаны уже достаточно известные и доказавшие свою эффективность ОТРК «Искандер» и истребители пятого поколения Су-57. Новые и усовершенствованные образцы находят эффективное применение в боевой обстановке еще и потому, что Россия освоила их массовое производство и наращивает масштабы внедрения в войска.

В–четвертых, помимо успешных технических, оперативно-тактических, кадровых и организационных решений, имеет место кумулятивный эффект 4-летней «обработки» украинских боевых позиций, военной и околовоенной инфраструктуры российскими средствами дистанционного поражения. С одной стороны, это в значительной мере сводит на нет снабжение украинских войск на линии фронта, их логистику и оперативную координацию, а с другой – нивелирует возможности успешного внедрения поставленных из ЕС и США вооружений и боеприпасов, одновременно уничтожая собственно украинские производственные и ремонтные мощности. Не может не влиять данная ситуация и на следующий пункт…

В-пятых, это нарастающее нежелание рядового состава армии и общества продолжать все более обреченные на неудачу военные действия. И если в первом случае это выражается в сдаче в плен, а также дезертирстве (в основном среди принудительно мобилизованного и потому менее качественного личного состава боевых подразделений), то во втором случае процесс начался еще в 2022 г. и выразился в оттоке миллионов украинцев в Европу^[28].

С одной стороны, маркером безрадостности происходящего, а с другой – его непременным следствием являются все более частые и все более определяющие перестановки в руководстве Украины. Первым серьезным решением президента Украины такого рода стала замена главкома ВСУ Валерия Залужного на Александра Сырского в начале 2024 г. Осенью того же года в отставку были отправлены сразу несколько министров. Часто менялись министры обороны – в 2023 г. Алексей Резников уступил пост Рустему Умерову, в июле 2025 г. последнего сменил Денис Шмыгаль, а уже в начале 2026 г. новым главой МО стал Михаил Федоров. А в ноябре 2025 года покинул свой пост глава Офиса президента Украины Андрей Ермак, что стало, пожалуй, самым резонансным событием данной кадровой череды.

Имея с каждым месяцем объективно все меньше шансов на успешное завершение боевых действий и рискуя потерять новые территории и даже саму украинскую государственность, украинское руководство заинтересовано в остановке военных действий, причем не полной, а временной. В ходе полученной таким образом передышки ВСУ смогли бы восстановить свой потенциал, получить необходимые поставки вооружений и снаряжения, а политическое руководство страны – укрепить экономику и собственное положение. Руководство РФ, в свою очередь, считает возможным предъявлять все более жесткие требования. В данном случае переговорные позиции непосредственных участников конфликта напрямую определены военно-политическими проблемами и объективными реалиями на линии фронта.

Международный контекст

Стремление сторон к урегулированию на Украине обусловлено, разумеется, несколькими факторами – от военных неудач Киева до банальной усталости от конфликта всех сторон. Однако отдельно имеет смысл акцентировать внимание на международном контексте этой тенденции, т. к. стороны постепенно смещают внимание и переводят как экономические, так и военно-политические ресурсы из Восточной Европы на другие направления.

У США таких направлений, которые в значительной мере затмевают украинский вопрос, сразу несколько: Южная Америка, Ближний Восток, Арктика и Восточная Азия. В первом случае администрация Д. Трампа, организовав операцию по похищению президента Венесуэлы Н. Мадуро, не намерена останавливаться на достигнутом и, умело пользуясь не только очевидным военным превосходством, но и антинаркотической и антиконтрабандной риторикой (актуальной прежде всего для целевой аудитории возглавляемой Д. Трампом Республиканской партии), уже предъявила претензии, схожие с венесуэльскими, Кубе, Колумбии и Мексике. Данное направление для США территориально близкое и стратегически актуальное, а кроме того — крайне перспективное экономически. На фоне противостояния с Китаем за венесуэльскую нефть и Панамский канал этот регион логично видится в разы важнее украинского.

Во втором – с одной стороны, нестабильная обстановка в Иране и его военно-стратегическое ослабление вследствие разрыва «шиитской дуги» в Сирии и проблем «Хезболлы» в Ливане рисуют перед Вашингтоном перспективы свержения иранского режима и уничтожения Исламской Республики. С другой стороны, «урегулирование» палестинского вопроса (разумеется, в интересах Израиля и за счет давления на палестинцев) дает не только кратное повышение влияния США на Ближнем Востоке и за его пределами, но и, в качестве бонуса, перспективу Нобелевской премии для самого Трампа. Учитывая все большую военно-стратегическую, экономическую и даже цивилизационную значимость Ближнего Востока (противостояние в регионе христиан, мусульман и иудеев) не только для США, но и для всего мира, а также увеличивающуюся турбулентность региона, этот вектор американской политики также видится из Вашингтона значительно важнее украинского.

Арктическое направление, близкое к американским границам, также неизбежно отодвигает на второй план любые проблемы Восточной Европы. Это особенно актуально, учитывая открыто озвучиваемое американскими политиками стремление к присоединению Гренландии^[29]. К этому добавляется и возрастающая активность США в вопросе Канады^[30], а также придаваемый администрацией Трампа арктическим устремлениям Вашингтона характер проблемы общемирового значения – как с опорой на якобы борьбу с претензиями на Арктику КНР и РФ, так и в контексте возможного противостояния с ЕС, частью которого является владеющая Гренландией Дания. Опасной перспективой для США в данном вопросе может стать и раскол НАТО, членами которого являются и Вашингтон, и Копенгаген. В то же время перманентно актуальный Тайваньский вопрос касается противостояния США с их главным на сегодняшний день экономическим и все более опасным военно-политическим конкурентом – КНР. С Китаем, помимо этого, администрация Трампа не против возобновить торговые войны, инициированные ею в предыдущий президентский срок своего лидера. И даже несмотря на то, что, в отличие от ситуации несколькими годами ранее, утратила актуальность проблема противостояния США и КНДР, Восточная Азия и Азиатско-Тихоокеанский регион, через который проходит значительная часть мировой торговли, также представляют для интересов США большую значимость, чем Украина.

ЕС, несмотря на осуществляемую им всестороннюю поддержку Украины с самого начала конфликта и до сих пор, также не может и не станет делать это постоянно. Во-первых, военные действия опустошают арсеналы и бюджеты европейских государств. Первое ставит европейские страны, включая самые крупные и сильные из них, в военно-политическую зависимость от США, второе – сказывается на социально-экономической ситуации в европейских обществах, а значит, медленно, но верно ослабляет позиции как национальных, так и общеевропейских администраций. Во-вторых, ЕС в последнее время выражает готовность к прямому противостоянию с Россией, постепенно укрепляя свои вооруженные силы и приводя в соответствие позиции стран-членов. Противостояние на Украине в этом контексте отвлекает внимание и небезграничные ресурсы Союза.

Вместе с тем в европейских странах с самого начала украинского конфликта и до сих пор достаточно громко звучат голоса о невыгодности для континентальных государств введенных ими антироссийских санкций. Активнее других такую позицию озвучивают руководители Венгрии и Словакии, однако и в Германии, и в Италии, и в других странах ЕС имеются силы, по тем или иным причинам скептически настроенные к противостоянию с РФ. Более того, вырисовывающийся в последние месяцы и упомянутый нами выше «гренландский конфликт» не просто негативно сказывается на отношениях Евросоюза с его главной в прошлом военной опорой – США, но и демонстрирует все более очевидную неспособность альянса защитить своего члена перед лицом возможной аннексии его территории. При актуализации хотя бы нескольких, а тем более всех перечисленных проблем, европейцам вскоре может стать «не до Украины» – не в меньшей степени, чем американцам.

Положение Киева сегодня характеризуется глубоким кризисом, масштаб которого выходит за рамки тактических трудностей. Речь идет о стратегической угрозе самому существованию украинской государственности, которая может реализоваться в ближайшее время. Армия, истощенная затяжными боями и зависимая от внешней помощи, сталкивается с острой нехваткой новобранцев. Это является следствием апатии в обществе, которое годами живет в условиях военного времени: на фоне падения уровня жизни и инфляции люди вынуждены справляться с последствиями разрушения энергетической инфраструктуры. Миллионы украинцев с начала конфликта и вовсе проживают за границей. Вопрос их возвращения крайне критичен и болезнен.

В этих условиях все более частые и резонансные переназначения в украинском руководстве демонстрируют не только его неспособность купировать указанные проблемы, но и свидетельствуют о все более опасном разрушении консолидации и единства тех, кто должен, как слаженный механизм, управлять воюющим государством. И если на протяжении конфликта все указанные вопросы хотя и не решались, но не приобретали фатального характера, то кумулятивный эффект многолетних военных действий, либо остановка или серьезное сокращение европейской и американской военной помощи, чреваты переходом под российский контроль значительных территорий. Это касается и стратегически важных для России – с точки зрения ее концепции безопасности на Черном море – портов на юге. Именно подобными перспективами обусловлено стремление Украины к заморозке ситуации по действующей линии фронта, но с непременным расчетом на пересмотр вопроса в более выгодное время.

На этом фоне усталость от СВО и связанных с ней неудобств в России выглядит менее критичной. Более того, по сравнению с первыми месяцами конфликта на Украине, когда РФ покинули сотни тысяч несогласных с ее политикой либо вынужденных выехать по экономическим причинам граждан, ситуация и в российской экономике, и в российском обществе стабилизировалась. Вооруженные силы и оборонная промышленность действуют все более эффективно, при этом властная вертикаль страны демонстрирует согласованность действий, целей и устремлений.

По состоянию на начало 2026 г. можно более или менее уверенно констатировать, что Россия не только в целом устояла в противостоянии с Украиной и поддерживающих ее ЕС, США и их союзников, но и адаптировалась на уровне государства и общества к новым реалиям. Для ведения СВО руководству страны не требуется введение общенационального военного положения, всеобщей мобилизации и иных травматичных для общества мер. Экономика РФ, несмотря на проблемы (от роста цен на потребительские товары, до стагнации рынка недвижимости) и снижение темпов роста, обеспечивает потребности фронта и тыла. При этом выезд за границу («релокация») значительного числа оппозиционеров действующего руководства России, людей с либеральными и прозападными взглядами, скорее консолидировал российское общество вокруг властей страны, чем как-то ослабил его.

Тем не менее нельзя утверждать, что Москва не стремится к прекращению конфликта с Украиной. Напротив, российское руководство последовательно заявляло о желании установить режим прекращения огня, регулярно направляя делегации на все доступные переговорные площадки. Более того, Россия демонстрировала ряд примирительных, миролюбивых жестов, включая, например, освобождение взятых в плен в Мариуполе боевиков батальона «Азов» (организация признана террористической и запрещена в России)^[31]. Тому есть свои причины.

Помимо имеющихся, хотя и не критических, экономических трудностей, в период проведения СВО Россия была вынуждена уделять меньше внимания другим важным направлениям своей внешней политики и регионам. В то время как для Африки, где за этот период появились новые пророссийские режимы (в Нигере и Буркина-Фасо), этого внимания оказалось достаточно, ситуация в Центральной Азии и, в особенности, на Южном Кавказе не может не вызывать обеспокоенности.

Российская Федерация потеряла свой миротворческий контингент в Арцахе, который был не только гуманитарной миссией, но и ключевым рычагом влияния на Армению и Азербайджан. Неспособность Москвы предотвратить изгнание армянского населения из этой непризнанной республики привела к значительному падению ее популярности среди общественности Армении. Однако уступки Азербайджану, включая лояльность Москвы в вопросе Арцаха, не обеспечили безоговорочной преданности азербайджанского руководства (формального союзника с 22 февраля 2022 г.) и не повысили популярность России в азербайджанском обществе. Это особенно ярко проявилось в прошлогоднем охлаждении отношений между Москвой и Баку. Оно сопровождалось резко антироссийскими заявлениями со стороны азербайджанского руководства, включая самого президента И. Алиева, а также арестами граждан России и пророссийских активистов на территории Азербайджана. Эта ситуация поставила стороны практически на грань открытого конфликта, который носил преимущественно информационный и отчасти политический характер, но не перерос в военный. Ранее Центр «АРВАК» рассматривал данный конфликт в отдельном материале.

При этом Азербайджан, как стало известно недавно, поставлял Украине, помимо прочего, грузы военного назначения, включая военную технику и оружие. Таким образом республика избавляется от советских образцов в свете планируемого перевода армии на стандарты НАТО (на деле – еще один шаг к военной интеграции с Турцией) и одновременно способствует ослаблению РФ в интересах Анкары.

В Кремле, несомненно, осознают и видят всю эту ситуацию. Однако, по мнению ряда экспертов, Азербайджан на данный момент играет слишком значимую роль для Москвы, чтобы на него можно было оказывать давление с целью радикальной защиты российских интересов. Это связано с тем, что именно через азербайджанскую территорию и ее трубопроводную систему осуществляется важный для обхода западных санкций против РФ реэкспорт российских энергоносителей.

Урегулирование отношений между Арменией и Азербайджаном, а также Арменией и Турцией после Третьей Арцахской войны 2023 г. также проходит в целом без участия России, которого избегали обе стороны, предпочитая европейскую и американскую «модерацию». Армения, в свою очередь, приняла закон о евроинтеграции, не скрывая своего стремления в ЕС, что противоречит ее имеющему на данный момент членству в ведомом Россией ЕАЭС. Что касается еще одной сформированной вокруг РФ структуры, военно-политического блока ОДКБ, то в нем Ереван свое участие и вовсе приостановил^[32].

После начала специальной военной операции (СВО) Армения стала убежищем для ряда антироссийских общественных деятелей, включая целую редакцию радикально оппозиционной «Новой газеты». Здесь выступают музыканты, журналисты и политики, публично выражающие несогласие с руководством Российской Федерации. Хотя руководство республики, в отличие от Баку, не прибегает к резкому демаршу, однако и не скрывает своего прозападного курса. Примером может служить обвинение политических оппонентов в работе на «КГБ» (независимо от того, что это может означать в 2025 г.)^[33].

Несколько лучше развиваются российские отношения с Грузией, которая, имея в обществе сильные проукраинские и прозападные настроения, воздержалась от антироссийских действий в период проведения СВО, увеличив одновременно торгово-экономические показатели партнерства с РФ.

Государства Центральной Азии, включая союзников России по ОДКБ – Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан, не прибегают к действиям, подобным азербайджанским. Тем не менее они осознают свою значимость для Российской Федерации в условиях западных санкций и экономического напряжения, что позволяет им чувствовать себя в отношениях с Москвой более уверенно, чем когда-либо.

Например, после резонансного инцидента, связанного с террористическим актом в ТЦ «Crocus City Hall», официальные представители Таджикистана на протяжении некоторого времени выражали несогласие с выводами и заключениями российского следствия, оперативно установившего таджикских исполнителей. В свою очередь, после инцидента, связанного с убийством таджикского ребенка в Подмосковье в декабре 2025 г., посольство Таджикистана в Москве потребовало предоставления разъяснений от российских властей.

Казахстан, следуя политике многовекторности, проводимой его руководством, весьма конструктивно сотрудничает со странами Европы^[34] – фактическими противниками России в рамках СВО. В то же время Кыргызстан принимает на своей территории мероприятия ОБСЕ и съезды российских мусульманских диссидентов. Для РФ Казахстан сейчас особенно важен, поскольку служит пространством для реэкспорта и реимпорта товаров, попавших под санкции. Вероятно, именно поэтому России сейчас просто не хватает внимания и ресурсов для ужесточения своей позиции в отношении других республик региона.

Очевидно, что вечно вынужденное игнорирование Россией усложнения ситуации в регионах, имеющих ключевое геополитическое значение, продолжаться не может. После окончания военных действий на Западе, Москва предпримет действенные шаги для возвращения в указанные регионы.

Ряд внутриполитических проблем Российской Федерации также ожидает решения, будучи вынужденно, но, очевидно, временно отложенными. Одной из таких проблем является миграция, которая становится все более острой на фоне увеличения числа приезжих из республик Центральной Азии и Азербайджана в российских городах. Интеграция этих мигрантов часто затруднена из-за религиозных, культурных, а нередко и политических препятствий.

Стоит напомнить, что упомянутый выше скандал с Азербайджаном летом 2025 г. имел своим поводом аресты в РФ преступников азербайджанского происхождения. Это свидетельствует о необходимости успешного решения Москвой миграционного вопроса, чего требуют как возмущенные произволом этнических преступных группировок граждане страны, так и интересы РФ как государства.

Однако пример Азербайджана показывает, что потенциальная болезненность и непопулярность шагов, необходимых для такого решения, способны не только ухудшить внутриполитическую ситуацию в стране, но и осложнить ее отношения с союзными или партнерскими государствами Центральной Азии. В свете этого реализация указанных мер, а также внешнеполитическая активность в республиках Центральной Азии и на Южном Кавказе, по всей видимости, будут осуществляться после завершения СВО и высвобождения задействованных в ней ресурсов.

Снятие санкций, обсуждаемое на каждом из этапов консультаций по российско-украинскому урегулированию, на фоне уже продемонстрированной устойчивости экономики РФ, в свою очередь, неминуемо усилит позиции российского государства как внутри страны, так и в решении внешнеполитических вопросов.

Таким образом, несмотря на существующие разногласия в подходах, взглядах, а также политические, идеологические и технические препятствия, все участники конфликта, равно как и их партнеры с союзниками, выражают желание заключить мир между Россией и Украиной. Этот факт дает основание для осторожного оптимизма, позволяя надеяться, что достижение необходимого мирного соглашения – это лишь вопрос времени.

Заключение

Украинский конфликт будет иметь по своему окончанию победителей и побежденных, т. к. уступки, на которые неминуемо придется пойти всем сторонам, окажутся разными, равно как и получаемые выгоды. В свете имеющихся на данный момент позиций противников, с одной стороны, и их реальных возможностей – с другой – сложно представить себе «победу» Украины; речь скорее идет о мере и объеме ее территориальных и политических уступок. Однако украинское мирное урегулирование повлечет за собой куда более серьезные последствия, чем решение указанных вопросов между Киевом и Москвой. Учитывая вовлеченность в конфликт мировых игроков и использование огромных сил и ресурсов, от итогового договора напрямую будет зависеть вся европейская, а возможно, и общемировая архитектура безопасности и межгосударственного взаимодействия. Противостояние между Россией и Украиной, являясь последним на данный момент аккордом демонтажа сложившейся после 1945 г. и имевшей смысл до 1991 г. системы, в силу своих масштабов не может не повлечь глобальных перемен. Именно сложность и значимость данного вопроса не дает сторонам договориться быстро и однозначно, с одной стороны, но требует итоговых общих компромиссов – с другой.

Источники и литература

1. Вишневская Е. Риск для президента: зачем Макрон позвонил Путину. Газета.ру,07.2025, https://www.gazeta.ru/politics/2025/07/02/21308552.shtml?ysclid=mks6xaaw4t 545072933&utm_auth=false
2. Все, кроме Донбасса и еще пары пунктов. О чем договорились Дональд Трамп и Владимир Зеленский во Флориде? BBC, 28.12.2025, https://www.bbc.com/russian/articles/clykywy40 94o?ysclid=mkr11ad3mm638480349
3. Габриелян М. «После Украины будет Балтия». Конгресс США одобрил новую военную помощь Украине. Почему ее назвали провалом противников Киева? Лента,09.2025, https://lenta.ru/news/2025/09/11/kongress-ssha/?ysclid=mkqzz20kia832198993 Глава МИД РФ сообщил об отсутствии просьб об отмене западных санкций, Interfax, 15.04.2025, https://www.interfax.ru/russia/1020848?ysclid=mkr3hut54s599441300
4. Дзермант: Трамп давно стремился к тому, чтобы вынудить европейцев платить и вкладываться в НАТО больше. Беларусь сегодня,06.2025, https://www.sb.by/articles/ dzermant-tramp-davno-stremilsya-k-tomu-chtoby-vynudit-evropeytsev-platit-i-vkladyvatsya-v-nato-bolsh.html?ysclid=mks6jcb6x6365310945
5. Делягин М. Либералы планируют обвал экономики. Свободная пресса, 11.11.2022, https://svpressa.ru/economy/article/351916/?ysclid=mkr2s0hu4s991139904
6. Зачем Украине 800-тысячная армия? Белта,12.2026, https://belta.by/society/view/ zachem-ukraine-800-tysjachnaja-armija-ekspert-po-rabote-spetssluzhb-rasskazal-kto-poluchit-realnuju-753858-2025/
7. Зиновьева А. Путин заявил о важности получить международное признание новых территорий. Газета.ру,11.2025, https://www.gazeta.ru/politics/news/2025/11/27/27284 887.shtml?ysclid=mkr4244dgz208985248
8. Историческое фиаско. Произошедшее на вчерашних переговорах по Украине шокировало Запад. РИА Новости,01.2026, https://dzen.ru/a/aV4hSBebV0GsWeBz?ysclid=mks6 rhsq9b979014924
9. Меняя правила игры: об эволюции «Гераней». Рыбарь, 21.01.2026, https://t.me/rybar/ 76878
10. Меркулов А. Лавров: Европе лучше не мешать российско-американскому диалогу. Российская газета, 19.12.2025, https://rg.ru/2025/12/19/lavrov-evrope-luchshe-ne-meshat-rossijsko-amerikanskomu-dialogu.html?ysclid=mks71hqi5k749768089
11. Мещерякова А. Казахстан и ЕС продолжают укреплять стратегическое партнерство и расширять экономическое сотрудничество. Нур, 23.09.2024, https://www.nur.kz/politics/ universe/2164797-kazahstan-i-es-prodolzhayut-ukreplyat-strategicheskoe-partnerstvo-i-rasshiryat-ekonomicheskoe-sotrudnichestvo/?ysclid=mksdrqk ete273842196
12. Новикова А. «Давайте просто воевать»: как Джонсон сорвал мир между Украиной и Россией. Газета.ру, 25.11.2023, https://www.gazeta.ru/politics/2023/11/25/179 20411.shtml? ysclid=mkr2blnj13552443477&utm_auth=false
13. Пашинян обвинил брата Католикоса, главу Российской епархии ААЦ в работе на «КГБ». Спутник, 22.10.2025, https://am.sputniknews.ru/20251022/pashinyan-obvinil-brata-katolik osa-glavu-rossiyskoy-eparkhii—aats-v-rabote-na-kgb-94965194.html?ysclid=mksdjo5zxa2001 1187
14. Пенкальская А. Зерновая сделка: что о ней нужно знать инвестору? РБК, 03.08.2023, https://www.rbc.ru/quote/news/article/64ca58919a7947504c96924c? ysclid=mkconv0me j948779983
15. Попов Д. «Мы больше не можем их принимать». Страны ЕС отменяют льготы для украинских беженцев. Почему терпение европейцев лопнуло? Лента,11.2025, https://lenta.ru/brief/2025/11/17/ukraine-in-europe/?ysclid=mks919b2 bj629584536
16. Премьер Армении Пашинян заявил, что страна выйдет из ОДКБ. Ранее Армения «заморозила» участие в организации. Настоящее время, 12.06.2024, https://www.curren ttime.tv/a/armeniya-odkb/32989868.html?ysclid=mksdc3sd7y972423890
17. Путин предложил передать «Совету мира» $1 млрд замороженных российских активов. РБК, 21.01.2026. https://www.rbc.ru/politics/21/01/2026/69712b3f9a7947348f591e23? ysclid=mkr3pv9i5i776655199
18. Сиобара Т. Разоблачение лжи о крахе российской экономики. Inosmi, 24.01.2025. https://inosmi.ru/20250114/ekonomika-271489418.html?ysclid=mkr2ll af6d155733158
19. Сочнев А. Двести пленных с «Азовстали» на свободе. Кого и как обменяли. RTVI, 23.09.2022, https://rtvi.com/stories/dvesti-plennyh-s-azovstali-na-svobode- kogo-i-kak-obmenyali/?ysclid=mkscxgicp152741957
20. Степушова Л. Сирия: Аш-Шараа добился капитуляции курдов, что резко усиливает Турцию. Правда, 19.01.2026, https://www.pravda.ru/world/2329956-syrian-kurds-capitulation/
21. Тулякова К. В делегации России заявили о готовности взять под контроль 8 регионов. Царьград, 16.05.2025, https://by.tsargrad.tv/news/v-delegacii-rossii- soobshhili-o-gotovnosti-vzjat-pod-kontrol-8-regionov_1257811?ysclid=mks8dlzfsp173195208
22. Турция начала действовать в рамках СВО. Киеву задали общий вопрос. Царьград,10.2025, https://dzen.ru/a/aOlWXaNCZnqRt2q5?ysclid=mks7si3bg 8623762746
23. Ушаков: на Донбассе может и не быть войск, но будет Росгвардия. Коммерсантъ, 12.12.2025, https://www.kommersant.ru/doc/8290100?ysclid=mk r38gnex9901893322
24. Фархатдинов Н. Очень холодная война: как Гренландия становится жертвой геополитической игры. Forbes, 23.01.2026, https://www.forbes.ru/mneniya/554 079-ocen-holodnaa-vojna-kak-grenlandia-stanovitsa-zertvoj-geopoliticeskoj-igry?ysclid=mkscgs17e339 3885735
25. Фролов В. Обновление условий: чего добилась Москва в результате короткого саммита на Аляске? Forbes,08.2025, https://www.forbes.ru/mneniya/544091- obnovlenie-uslovij-cego-dobilas-moskva-v-rezul-tate-korotkogo-sammita-na-alaske?ysclid=mkqyy3xp3s564258827
26. Шимаев Р., Белоусова А. «Это было нечто»: Трамп показал карту с Канадой в составе США. Russia Today, 08.01.2026, https://russian.rt.com/world/article/ 1418429-tramp-kanada-karta-ssha-tryudo?ysclid=mksclh7zue762227865
27. Champion M. Erdogan and Putin have something to teach the West. Bloomberg, 14.11.2025, https://www.bloomberg.com/opinion/articles/2025-11-14/turkey-and-the-eu-erdogan-and-putin-have-something-to-teach-the-west
28. Karlson K. Document reveals EU–US pitch for $800B postwar Ukraine ‘prosperity’ plan. Politico, 23.01.2026, https://www.politico.eu/article/document-eu-us-pitch-800b-post-war-prosperity-plan-for-ukraine/
29. Pruchnicka A., Antonov D. Russia, Ukraine to tackle land dispute at UAE talks; no sign of compromise. Reuters, 23.01.2026, https://www.reuters.com/world/zelenskiy-says-territorial-issue-be-discussed-trilateral-talks-uae-2026-01-23/
30. Ravid B. Trump advisers met Putin’s envoy to discuss Ukraine plan. Axios, 08.01.2026, https://www.axios.com/2026/01/08/russia-ukraine-talks-dmitriev-witkoff-kushner

^[1] Выпускник исторического факультета Воронежского государственного университета (2010 г.) и аспирантуры Воронежского государственного технического университета (2013 г.). Кандидат исторических наук. Работал в различных российских научных и медийных структурах. Доцент Института Востоковедения Российско-Армянского (Славянского) университета (2024 г., Ереван). Научные интересы – Ближний Восток, Иран, арабский мир, ислам, шиизм, ближневосточное христианство, проблемы национальных и религиозных диаспор в Европе, славянские народы мусульманского вероисповедания. Автор ряда книг и учебных пособий, а также более 200 научных и аналитических статей.

^[2] Статья представлена в редакцию 25.01.2026 г.

^[3] Габриелян М. «После Украины будет Балтия». Конгресс США одобрил новую военную помощь Украине. Почему ее назвали провалом противников Киева? Лента, 11.09.2025, https://lenta.ru/news/ 2025/09/11/kongress-ssha/?ysclid=mkqzz20kia832198993 (дата обращения: 15.01.2026).

^[4] Фролов В. Обновление условий: чего добилась Москва в результате короткого саммита на Аляске? Forbes, 18.08.2025, https://www.forbes.ru/mneniya/544091-obnovlenie-uslovij-cego-dobilas-moskva-v-rezul-tate-korotkogo-sammita-na-alaske?ysclid=mkqyy3xp3s564258827 (дата обращения: 07.01.2026).

^[5] Pruchnicka A., Antonov D. Russia, Ukraine to tackle land dispute at UAE talks; no sign of compromise. Reuters, 23.01.2026, https://www.reuters.com/world/zelenskiy-says-territorial-issue-be-discussed-trilateral-talks-uae-2026-01-23/ (дата обращения: 23.01.2026).

^[6] Все, кроме Донбасса и еще пары пунктов. О чем договорились Дональд Трамп и Владимир Зеленский во Флориде? BBC, 28.12.2025, https://www.bbc.com/russian/articles/clykywy4094o?ysclid=mkr 11ad3mm638480349 (дата обращения: 05.01.2026).

^[7] Ravid B. Trump advisers met Putin’s envoy to discuss Ukraine plan. Axios, 08.01.2026. https://www.axios.com/ 2026/01/08/russia-ukraine-talks-dmitriev-witkoff-kushner (дата обращения: 10.01.2026).

^[8] Пенкальская А. Зерновая сделка: что о ней нужно знать инвестору? РБК, 03.08.2023, https://www. rbc.ru/quote/news/article/64ca58919a7947504c96924c?ysclid=mkconv0mej948779983 (дата обращения: 05.01.2026).

^[9] Новикова А. «Давайте просто воевать»: как Джонсон сорвал мир между Украиной и Россией. Газета.ру, 25.11.2023, https://www.gazeta.ru/politics/2023/11/25/17920411.shtml?ysclid=mkr2blnj1355244 3477&utmauth=false (дата обращения: 07.01.2026)

^[10] Сиобара Т. Разоблачение лжи о крахе российской экономики. Inosmi, 24.01.2025, https://inosmi.ru/ 20250114/ekonomika-271489418.html?ysclid=mkr2llaf6d155733158 (дата обращения: 11.01.2026).

^[11] Делягин М. Либералы планируют обвал экономики. Свободная пресса, 11.11.2022, https://svpressa. ru/economy/article/351916/?ysclid=mkr2s0hu4s991139904 (дата обращения: 12.01.2026).

^[12] Ушаков: на Донбассе может и не быть войск, но будет Росгвардия. Коммерсантъ, 12.12.2025, https://www.kommersant.ru/doc/8290100?ysclid=mkr38gnex9901893322 (дата обращения: 07.01.2026).

^[13] Глава МИД РФ сообщил об отсутствии просьб об отмене западных санкций. Interfax, 15.04.2025, https://www.interfax.ru/russia/1020848?ysclid=mkr3hut54s599441300 (дата обращения: 10.01.2026).

^[14] Путин предложил передать «Совету мира» $1 млрд. замороженных российских активов. РБК, 21.01.2026, https://www.rbc.ru/politics/21/01/2026/69712b3f9a7947348f591e23?ysclid=mkr3pv9i5i776655199 (дата обращения: 23.01.2026).

^[15] Зиновьева А. Путин заявил о важности получить международное признание новых территорий. Газета.ру, 21.11.2025, https://www.gazeta.ru/politics/news/2025/11/27/27284887.shtml?ysclid=mkr4244dg z208985248 (дата обращения: 11.01.2026).

^[16] Зачем Украине 800-тысячная армия? Белта, 12.12.2026, https://belta.by/society/view/zachem- ukraine-800-tysjachnaja-armija-ekspert-po-rabote-spetssluzhb-rasskazal-kto-poluchit-realnuju-753858-2025/ (дата обращения: 05.01.2026).

^[17] Karlsson K. Document reveals EU-US pitch for $800B post war Ukraine ‘prosperity’ plan. Politico, 23.01.2026, https://www.politico.eu/article/document-eu-us-pitch-800b-post-war-prosperity-plan-for-ukraine/ (дата обращения: 23.01.2026).

^[18] Дзермант: Трамп давно стремился к тому, чтобы вынудить европейцев платить и вкладываться в НАТО больше. Беларусь сегодня, 27.06.2025, https://www.sb.by/articles/dzermant-tramp-davno-stremilsya-k-tomu-chtoby-vynudit-evropeytsev-platit-i-vkladyvatsya-v-nato-bolsh.html?ysclid=mks6jcb6x6365310945 (дата обращения: 11.01.2026).

^[19] Историческое фиаско. Произошедшее на вчерашних переговорах по Украине шокировало Запад. РИА Новости, 07.01.2026, https://dzen.ru/a/aV4hSBebV0GsWeBz?ysclid=mks6rhsq9b979014924 (дата обращения: 14.01.2026).

^[20] Вишневская Е. Риск для президента: зачем Макрон позвонил Путину. Газета.ру, 2.07.2025, https://www.gazeta.ru/politics/2025/07/02/21308552.shtml?ysclid=mks6xaaw4t545072933&utm_auth=false (дата обращения: 07.01.2026).

^[21] Меркулов А. Лавров: Европе лучше не мешать российско-американскому диалогу. Российская газета, 19.12.2025, https://rg.ru/2025/12/19/lavrov-evrope-luchshe-ne-meshat-rossijsko-amerikanskomu- dialogu.html?ysclid=mks71hqi5k749768089 (дата обращения: 08.01.2026).

^[22] Champion M. Erdogan and Putin have something to teach the West. Bloomberg, 14.11.2025, https://www. bloomberg.com/opinion/articles/2025-11-14/turkey-and-the-eu-erdogan-and-putin-have-something-to-teach-the-west (дата обращения: 08.01.2026).

^[23] Степушова Л. Сирия: Аш-Шараа добился капитуляции курдов, что резко усиливает Турцию. Правда, 19.01.2026, https://www.pravda.ru/world/2329956-syrian-kurds-capitulation/ (дата обращения: 22.01.2026).

^[24] Champion M. Erdogan and Putin have something to teach the West. Bloomberg, 14.11.2025,  https://www. bloomberg.com/opinion/articles/2025-11-14/turkey-and-the-eu-erdogan-and-putin-have-something-to-teach-the-west (дата обращения: 08.01.2026).

^[25] Турция начала действовать в рамках СВО. Киеву задали общий вопрос. Царьград, 10.10.2025, https://dzen.ru/a/aOlWXaNCZnqRt2q5?ysclid=mks7si3bg8623762746 (дата обращения: 11.01.2026).

^[26] Тулякова К. В делегации России заявили о готовности взять под контроль 8 регионов. Царьград. 16.05.2025. https://by.tsargrad.tv/news/v-delegacii-rossii-soobshhili-o-gotovnosti-vzjat-pod-kontrol-8-regionov _1257811?ysclid=mks8dlzfsp173195208 (дата обращения: 11.01.2026).

^[27] Меняя правила игры: об эволюции «Гераней». Рыбарь, 21.01.2026, https://t.me/rybar/76878 (дата обращения: 22.01.2026).

^[28] Попов Д. «Мы больше не можем их принимать». Страны ЕС отменяют льготы для украинских беженцев. Почему терпение европейцев лопнуло? Лента, 17.11.2025, https://lenta.ru/brief/2025/11/17/ ukraine-in-europe/?ysclid=mks919b2bj629584536 (дата обращения: 05.01.2026).

^[29] Фархатдинов Н. Очень холодная война: как Гренландия становится жертвой геополитической игры. Forbes, 23.01.2026, https://www.forbes.ru/mneniya/554079-ocen-holodnaa-vojna-kak-grenlandia- stanovitsa-zertvoj-geopoliticeskoj-igry?ysclid=mkscgs17e3393885735 (дата обращения: 24.01.2026.)

^[30] Шимаев Р., Белоусова А. «Это было нечто»: Трамп показал карту с Канадой в составе США. Russia Today, о8.01.2026, https://russian.rt.com/world/article/1418429-tramp-kanada-karta-ssha-tryudo?ysclid=mk sclh7zue762227865 (дата обращения: 11.01.2026).

^[31] Сочнев А. Двести пленных с «Азовстали» на свободе. Кого и как обменяли. RTVI, 23.09.2022, https://rtvi.com/stories/dvesti-plennyh-s-azovstali-na-svobode-kogo-i-kak-obmenyali/?ysclid=mkscxgicp152 741957 (дата обращения: 12.01.2026).

^[32] Премьер Армении Пашинян заявил, что страна выйдет из ОДКБ. Ранее Армения «заморозила» участие в организации. Настоящее время, 12.06.2024, https://www.currenttime.tv/a/armeniya-odkb/3298 9868.html?ysclid=mksdc3sd7y972423890 (дата обращения: 07.01.2026).

^[33] Пашинян обвинил брата Католикоса, главу Российской епархии ААЦ в работе на «КГБ». Спутник, 22.10.2025, https://am.sputniknews.ru/20251022/pashinyan-obvinil-brata-katolikosa-glavu-rossiyskoy-epar khii-aats-v-rabote-na-kgb-94965194.html?ysclid=mksdjo5zxa20011187 (дата обращения: 07.01.2026).

^[34] Мещерякова А. Казахстан и ЕС продолжают укреплять стратегическое партнерство и расширять экономическое сотрудничество. Нур, 23.09.2024, https://www.nur.kz/politics/universe/2164797-kazahstan -i-es-prodolzhayut-ukreplyat-strategicheskoe-partnerstvo-i-rasshiryat-ekonomicheskoe-sotrudnichestvo/?ysclid=mksdr qkete273842196 (дата обращения: 12.01.2026).